Ловушка временных трудностей в банкротстве. Как подход Верховного суда помогает должникам, но увеличивает риски для кредиторов
ВС обязал суды учитывать реальное финансовое состояние должника, а не только формальные признаки банкротства. Теперь компания, которая не хочет платить по счетам может затягивать процедуру, если обозначит, что у нее «временные трудности». Как это правило применяют на практике рассказала Злата Прудкова, старший юрист юридической группы «Пилот». В статье о том, что суды считают убедительным доказательством временных трудностей, а что — признаком злоупотребления.
Добросовестные компании получили шанс избежать банкротства. Суды обязаны отойти от формального подхода и оценивать, является ли кризис временным и есть ли шансы восстановить платежеспособность. Такой подход ввел ВС в постановлении от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», далее – постановление № 40.
На практике этот защитный механизм создал две новые взаимосвязанные проблемы. Во-первых, добросовестные компании не защищены от репутационного ущерба. Критерии для начала процедуры банкротства стали менее формальными, но информация о ней остается публичной. Достаточно кредитору подать заявление о банкротстве — и информация о деле попадает в картотеку арбитражных дел, что сразу подрывает доверие партнеров и банков. Во-вторых, та же самая норма стала инструментом для недобросовестных партнеров. Должники получили законный способ затягивать процедуру. В итоге кредиторы не могут вернуть свои деньги.
В статье рассмотрим, как именно изменилась практика, и разберем конкретные примеры из судебных дел, когда заявление о банкротстве суды удовлетворяли, несмотря на то, что есть формальные признаки. Мы также поясним, какие обстоятельства суды считают доказательством «временных финансовых затруднений».
Формальные правила смягчили
Законодатель повысил порог для банкротства, но главное изменение — обязанность суда оценивать реальное состояние должника, а не только цифры. С 2024 года минимальная сумма задолженности для большинства компаний выросла с 300 тысяч до 2 млн рублей, а срок неисполнения обязательств остался прежним — три месяца (п. 2 ст. 6, п. 2 ст. 33 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", далее – закон о банкротстве).
Даже если компания соответствует формальным критериям суд не введет процедуру банкротства автоматически. Верховный суд прямо подтвердил право суда отказать во введении банкротства, если должник докажет временный характер трудностей. Например, если у компании есть подтвержденные источники будущих доходов, которые позволят ей расплатиться с долгами (п. 4 постановления № 40).
Ранее Верховный Суд в решениях по конкретным делам уже указывал, что недопустимо применять чисто формальный подход при решении вопроса о банкротстве. Суд обращал внимание на ситуацию, когда недобросовестный должник намеренно гасил долг до минимальной суммы, чтобы не позволить кредиторам инициировать банкротство, тем самым затягивая неплатежи (п. 5 постановления Пленума ВС № 40, Определения СКЭС ВС от 15.08.2016 № 308-ЭС16-4658 по делу № А53-2012/2015, от 29.03.2018 № 307-ЭС17-18665 по делу № А56-81591/2009).
Ввели дополнительные критерии для субъективной оценки
Верховный Суд сместил акцент с формальных признаков банкротства на содержательную оценку поведения должника. Теперь важно не только то, что компания не выплачивает долг более трех месяцев, но и то, предпринимает ли она какие-либо активные действия, чтобы исправить ситуацию. Суд должен проанализировать, пыталась ли компания спасти себя сама. Бездействие руководства стало самостоятельным и весомым основанием для введения процедуры банкротства. Отход от формального подхода к банкротству не является автоматическим.
Несмотря на короткий срок, судебная практика уже позволяет выделить ключевые критерии, по которым суд может отказать во введении процедуры банкротства, даже если формальные признаки неплатежеспособности присутствуют. Подробнее критерии рассмотрели на с.?? «12 критериев оценки «временных трудностей». Что проверить суд, чтобы понять, может ли компания восстановить платежеспособность» (Определения АС города Москвы от 25.04.2025 по делу № А40-300818/24, от 25.03.2025 по делу № А40-239224/24, АС города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.05.2025 по делу № А56-4306/2025, АС Ставропольского края от 21.08.2025 по делу № № А63-13046/2025, Постановление 17ААС от 22.07.2025 по делу № № А60-15555/2025, Постановление АС Поволжского округа от 11.08.2025 № Ф06-4653/2025 по делу № А65-27035/2024 и др.).
Требуют показать реальные действия вместо формальных отчетов
Суд может ввести процедуру банкротства, даже если компания ссылается на временные трудности. Недостаточно просто соответствовать формальным критериям — должник должен доказать реальную возможность быстро погасить долги без применения процедуры банкротства. Например, одного лишь факта наличия у компании имущества, стоимость которого превышает размер долга, недостаточно для прекращения дела о банкротстве. Если должник не предоставляет суду конкретный и реалистичный план погашения задолженности в кратчайшие сроки, суд вправе ввести процедуру банкротства (Постановление АС Поволжского округа от 16.06.2025 № Ф06-2553/2025 по делу № А72-3883/2024).
Суды проверяют два ключевых условия: финансовую способность компании рассчитаться с долгами и ее конкретные действия, направленные на расчет с кредиторами. Есть несколько типичных ситуаций, когда суды отклоняют ссылки должников на этот пункт. Смотрите «Ситуации, когда суд не признает финансовые трудности временными» (Постановление АС Московского округа от 14.03.2025 по делу № А41-45721/23, Определения АС Челябинской области от 22.07.2025 по делу № А76-8403/2025; АС города Москвы от 08.04.2024 по делу № А40-314686/24 и от 25.06.2025 по делу № А40-107847/25).
При оценке доводов должника суды активно изучают финансовую отчетность из систем проверки контрагентов (Определения АС города Москвы от 08.04.2024 по делу № А40-314686/24, от 25.06.2025 по делу № А40-107847/25).
Ослабили позиции кредиторов, потому что должники могут сдвинуть периоды подозрительности
Если должник доказал, что у него временные трудности, то суд прекращает дело о банкротстве. В результате у кредиторов меньше шансов оспорить подозрительные сделки должника и привлечь лиц к субсидиарной ответственности. Ключевая проблема заключается в том, что сдвигаются так называемые периоды подозрительности — специальные сроки, в течение которых можно оспорить сделки должника (ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве).
При повторном возбуждении производства отправной точкой для расчета периодов подозрительности становится дата нового заявления, а не первоначального. Это приводит к сокращению временного интервала. Сдвиг начальной даты ограничивает возможности кредитора предъявить требования к сделкам, совершенным в период между первым и вторым заявлением о банкротстве. Одновременно ослабевают правовые позиции для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, поскольку сокращается круг операций, которые подпадают под презумпции недобросовестности.
Правовая неопределенность усугубляется тем, что ранее Верховный Суд занимал противоположную позицию по аналогичной ситуации с мировыми соглашениями. В 2020 году Суд указал, что при возобновлении производства периоды подозрительности должны отсчитываться от даты первоначального заявления. Суд тогда признал, что новая процедура является продолжением старой (Определение от 31.01.2020 по делу № А40-188168/2014).
Будет ли применять этот подход к делам о "временных трудностях", остается неясным. Такой правовой вакуум создает серьезные риски для кредиторов, которые могут столкнуться с ситуацией, когда формально выигранное дело о банкротстве на практике не позволяет вернуть активы, которые должник вывел в период отсрочки.
назад к списку
